I Царств 1:1-18

Жил в Раматаим-Цофиме, что на Ефремовом нагорье, человек по имени Элкана, сын Ерохама, внук Элиху, правнук Тоху, праправнук Цуфа из рода Эфрати. У него было две жены: одну звали Анна, другую — Пенинна. У Пенинны были дети, а у Анны их не было. Каждый год тот человек ходил из своего города в Силом на поклонение Господу Воинств, чтобы совершить жертвоприношения; священниками Господними там были Хофни и Финеес, сыновья Илия. В день жертвоприношения Элкана давал жене своей Пенинне, ее сыновьям и дочерям жертвенное мясо, а Анне выделял двойную долю, потому что любил Анну, хотя Господь и не дал ей детей. Соперница же унижала Анну и поносила из-за того, что Господь не дал ей детей. Так повторялось из года в год: всякий раз, когда приходили они в Храм Господень, одна унижала другую, а та плакала и отказывалась есть. Элкана, муж Анны, спрашивал ее: «Почему ты всё плачешь и не ешь? Что за печаль у тебя на сердце? Разве я для тебя не дороже десяти сыновей?» Однажды после жертвенного пира в Силоме, когда у входа в Святилище Храма Господня восседал священник Илий, Анна поднялась и, тяжело страдая в душе и горько плача, обратилась с молитвой к Господу. Дала она Ему такой обет: «О Господи Воинств, если Ты видишь, как страдает раба Твоя, и вспомнишь обо мне, если не забудешь Свою рабу и дашь ей родить мальчика, то я отдам его Господу на всю его жизнь, и бритва не коснется его головы». Долго молилась она Господу, а священник Илий смотрел на ее губы: Анна молилась безмолвно, только губы ее шевелились, а голоса не было слышно, и Илий принял ее за пьяную. Илий сказал ей: «Долго еще ты будешь здесь стоять пьяной? Ступай протрезвись!» Но Анна отвечала ему: «Нет, господин мой, перед тобой женщина, удрученная горем, ни вина, ни хмельного напитка я не пила — я душу изливаю пред Господом. Не думай, что раба твоя — никчемная женщина, нет, я говорила много оттого, что велика моя беда, моя обида!» На это Илий сказал: «Ступай с миром, и да исполнит Бог Израиля твою просьбу, дарует тебе, что ты просила у Него». Сказала женщина: «Да обретет раба твоя милость твою!» — и отправилась к себе, стала есть и пить, и не было более печали на ее лице.