Первая книга Царств 14:1-23 - Сравнить все версии

Поделиться

В один день сказал Ионафан, сын Саулов, слуге оруженосцу своему: ступай, перейдем к отряду Филистимскому, что на той стороне. А отцу своему не сказал об этом. Саул же находился в окраине Гивы, под гранатовым деревом, что в Мигроне. С ним было около шестисот человек народа и Ахия, сын Ахитува, брата Иохаведа, сына Финееса, сына Илия, священник Господа в Силоме, носивший ефод. Народ же не знал, что Ионафан пошел. Между переходами, по которым Ионафан искал пробраться к отряду Филистимскому, была острая скала с одной стороны и острая скала с другой: имя одной Боцец, а имя другой Сене; одна скала выдавалась с севера к Михмасу, другая с юга к Гиве. И сказал Ионафан слуге оруженосцу своему: ступай, перейдем к отряду этих необрезанных; может быть, Господь поможет нам, ибо для Господа нетрудно спасти чрез многих или немногих. И отвечал оруженосец: делай все, что на сердце у тебя; иди, вот я с тобою, куда тебе угодно. И сказал Ионафан: вот, мы перейдем к этим людям и станем на виду у них; если они так скажут нам: «остановитесь, пока мы подойдем к вам», то мы остановимся на своих местах и не взойдем к ним; а если так скажут: «поднимитесь к нам», то мы взойдем, ибо Господь предал их в руки наши; и это будет знаком для нас. Когда оба они стали на виду у отряда Филистимского, то Филистимляне сказали: вот, Евреи выходят из ущелий, в которых попрятались они. И закричали люди, составлявшие отряд, к Ионафану и оруженосцу его, говоря: взойдите к нам, и мы вам скажем нечто. Тогда Ионафан сказал оруженосцу своему: следуй за мною, ибо Господь предал их в руки Израиля. И начал всходить Ионафан, цепляясь руками и ногами, и оруженосец его за ним. И падали Филистимляне пред Ионафаном, а оруженосец добивал их за ним. И пало от этого первого поражения, нанесенного Ионафаном и оруженосцем его, около двадцати человек, на половине поля, обрабатываемого парою волов в день. И произошел ужас в стане на поле и во всем народе; передовые отряды и опустошавшие землю пришли в трепет [и не хотели сражаться]; дрогнула вся земля, и был ужас великий от Господа. И увидели стражи Саула в Гиве Вениаминовой, что толпа рассеивается и бежит туда и сюда. И сказал Саул к народу, бывшему с ним: пересмотрите и узнайте, кто из наших вышел. И пересмотрели, и вот нет Ионафана и оруженосца его. И сказал Саул Ахии: «принеси кивот Божий», ибо кивот Божий в то время был с сынами Израильскими. Саул еще говорил к священнику, как смятение в стане Филистимском более и более [распространялось и] увеличивалось. Тогда сказал Саул священнику: сложи руки твои. И воскликнул Саул и весь народ, бывший с ним, и пришли к месту сражения, и вот, там меч каждого обращен был против ближнего своего; смятение было очень великое. Тогда и Евреи, которые вчера и третьего дня были у Филистимлян и которые повсюду ходили с ними в стане, пристали к Израильтянам, находившимся с Саулом и Ионафаном; и все Израильтяне, скрывавшиеся в горе Ефремовой, услышав, что Филистимляне побежали, также пристали к своим в сражении. И спас Господь в тот день Израиля; битва же простерлась даже до Беф-Авена. [Всех людей было с Саулом до десяти тысяч, и битва происходила по всему городу на горе Ефремовой.]

В один из дней Ионафан, сын Саула, велел своему молодому оруженосцу: — Давай перейдем к филистимской заставе на другую сторону реки. Но он не сказал об этом отцу. Саул находился на окраине Гивы, под гранатовым деревом в Мигроне. С ним было около шестисот человек, среди которых был Ахия, носивший эфод. Он был сыном Ахитува, брата Ихавода. Ахитув был сыном Пинехаса, сына Илия, священника Господа в Шило. Никто не знал, что Ионафан ушел. На каждой стороне переправы, по которой Ионафан намеревался перейти к филистимской заставе, было по скалистому утесу; один назывался Боцец, а другой — Сене. Один утес смотрел на север к Михмасу, другой — на юг к Геве. Ионафан сказал своему молодому оруженосцу: — Давай перейдем к заставе этих необрезанных. Может быть Господь будет действовать нам во благо. Ничто не может помешать Господу спасать через многих людей или через немногих. — Делай всё, что задумал, — сказал его оруженосец. — Я с тобой, что бы ты ни решил. Ионафан сказал: — Так переправимся же к тем людям и покажемся им. Если они скажут: «Подождите, пока мы не подойдем к вам», — мы останемся на своих местах и не будем подниматься к ним. Но если они скажут: «Поднимайтесь к нам», — мы поднимемся, и для нас это будет знаком, что Господь отдал их в наши руки. И они оба встали на виду у филистимской заставы. — Смотрите! — сказали филистимляне. — Евреи выползают из нор, куда они попрятались. Люди с заставы крикнули Ионафану и его оруженосцу: — Поднимайтесь к нам, и мы преподадим вам урок. Ионафан сказал оруженосцу: — Поднимайся вслед за мной. Господь отдал их в руки Израиля. Ионафан карабкался, цепляясь руками и ногами, а следом за ним поднимался оруженосец. Филистимляне падали перед Ионафаном, а оруженосец шел следом и добивал их. Во время первого нападения Ионафан и его оруженосец убили около двадцати человек на месте размером с половину поля, обрабатываемого парой волов за один день. Тогда ужас охватил всё филистимское войско — тех, кто в лагере, и тех, кто в поле, тех, кто на заставах, и тех, кто в отрядах для набегов, — и содрогнулась земля. Этот ужас был послан Богом. Дозорные Саула в Гиве, что в земле Вениамина, увидели войско, разбегающееся во все стороны. Саул сказал людям, находящимся с ним: — Постройте воинов и посмотрите, кто из наших ушел. Они сделали это, и выяснилось, что нет Ионафана и его оруженосца. Саул сказал Ахии: — Принеси Божий ковчег. — (В то время Божий ковчег был у израильтян.) Пока Саул говорил со священником, смута в филистимском лагере становилась всё сильнее и сильнее. И Саул сказал священнику: — Верни назад руку! Затем Саул и все его люди собрались и пошли в бой. Они нашли филистимлян в полном смятении, разящими друг друга своими же мечами. Те евреи, которые прежде были с филистимлянами и были вместе с ними в их лагере, перешли к израильтянам, которые были с Саулом и Ионафаном. Когда все израильтяне, которые прятались в нагорьях Ефрема, услышали, что филистимляне бегут, они также вступили в битву и напали на филистимлян. Так Господь спас в тот день Израиль; битва же перекинулась за Бет-Авен.

В один день сказал Ионафан, сын Саулов, слуге оруженосцу своему: ступай, перейдем к отряду Филистимскому, что на той стороне. А отцу своему не сказал об этом. Саул же находился в окраине Гивы, под гранатовым деревом, что в Мигроне. С ним было около шестисот человек народа и Ахия, сын Ахитува, брата Иохаведа, сына Финееса, сына Илия, священник Господа в Силоме, носивший ефод. Народ же не знал, что Ионафан пошел. Между переходами, по которым Ионафан искал пробраться к отряду Филистимскому, была острая скала с одной стороны и острая скала с другой: имя одной Боцец, а имя другой Сене; одна скала выдавалась с севера к Михмасу, другая с юга к Гиве. И сказал Ионафан слуге оруженосцу своему: ступай, перейдем к отряду этих необрезанных; может быть, Господь поможет нам, ибо для Господа нетрудно спасти чрез многих или немногих. И отвечал оруженосец: делай все, что на сердце у тебя; иди, вот я с тобою, куда тебе угодно. И сказал Ионафан: вот, мы перейдем к этим людям и станем на виду у них; если они так скажут нам: «остановитесь, пока мы подойдем к вам», то мы остановимся на своих местах и не взойдем к ним; а если так скажут: «поднимитесь к нам», то мы взойдем, ибо Господь предал их в руки наши; и это будет знаком для нас. Когда оба они стали на виду у отряда Филистимского, то Филистимляне сказали: вот, Евреи выходят из ущелий, в которых попрятались они. И закричали люди, составлявшие отряд, к Ионафану и оруженосцу его, говоря: взойдите к нам, и мы вам скажем нечто. Тогда Ионафан сказал оруженосцу своему: следуй за мною, ибо Господь предал их в руки Израиля. И начал всходить Ионафан, цепляясь руками и ногами, и оруженосец его за ним. И падали Филистимляне пред Ионафаном, а оруженосец добивал их за ним. И пало от этого первого поражения, нанесенного Ионафаном и оруженосцем его, около двадцати человек, на половине поля, обрабатываемого парою волов в день. И произошел ужас в стане на поле и во всем народе; передовые отряды и опустошавшие землю пришли в трепет [и не хотели сражаться]; дрогнула вся земля, и был ужас великий от Господа. И увидели стражи Саула в Гиве Вениаминовой, что толпа рассеивается и бежит туда и сюда. И сказал Саул к народу, бывшему с ним: пересмотрите и узнайте, кто из наших вышел. И пересмотрели, и вот нет Ионафана и оруженосца его. И сказал Саул Ахии: «принеси кивот Божий», ибо кивот Божий в то время был с сынами Израильскими. Саул еще говорил к священнику, как смятение в стане Филистимском более и более [распространялось и] увеличивалось. Тогда сказал Саул священнику: сложи руки твои. И воскликнул Саул и весь народ, бывший с ним, и пришли к месту сражения, и вот, там меч каждого обращен был против ближнего своего; смятение было очень великое. Тогда и Евреи, которые вчера и третьего дня были у Филистимлян и которые повсюду ходили с ними в стане, пристали к Израильтянам, находившимся с Саулом и Ионафаном; и все Израильтяне, скрывавшиеся в горе Ефремовой, услышав, что Филистимляне побежали, также пристали к своим в сражении. И спас Господь в тот день Израиля; битва же простерлась даже до Беф-Авена. [Всех людей было с Саулом до десяти тысяч, и битва происходила по всему городу на горе Ефремовой.]

В тот день сын Саула Ионафан сказал слуге, своему оруженосцу: «Давай перейдём на другую сторону долины к лагерю филистимлян». А своему отцу Ионафан не сказал об этом. Саул же сидел на окраине Гивы под гранатовым деревом на гумне, и с ним было около шестисот человек. Ахия служил священником Господа в Силоме и поэтому носил ефод. Ахия был сыном Ахитува, брата Ихавода. Ихавод был сыном Финееса, а Финеес был сыном Илия, бывшего раньше священником Господа в Силоме. Народ же не знал, что Ионафан ушёл. С каждой стороны от перехода, через который Ионафан собирался пройти в лагерь филистимлян, стояла большая скала. Одна скала называлась Боцец, а другая — Сене. Одна была обращена на север к Михмасе, а другая — на юг к Геве. Ионафан сказал своему молодому оруженосцу: «Давай перейдём в лагерь этих чужеземцев. Может быть, Господь через нас поразит этих людей! Ничто не может остановить Господа, и не имеет значения, много ли у нас солдат или мало». Оруженосец ответил ему: «Делай, что считаешь нужным. Я с тобой душой и сердцем». Ионафан сказал: «Мы перейдём к филистимским стражникам и станем у них на виду. Если они велят нам остановиться, пока они сами не подойдут к нам, то мы остановимся и не поднимемся к ним. Но если они прикажут нам подняться к ним, то мы поднимемся, так как это будет для нас знаком, что Господь позволит нам их победить». Когда Ионафан и его оруженосец показались филистимлянам, филистимские стражники сказали: «Смотрите, иудеи выходят из ущелий, в которых они прятались!» Тогда филистимляне из укрепления закричали Ионафану и его оруженосцу: «Поднимайтесь сюда. Мы научим вас уму-разуму!» Ионафан сказал слуге: «Иди за мной. Господь позволяет Израилю победить филистимлян!» Ионафан начал подниматься на холм, цепляясь руками и ногами, и оруженосец его поднимался за ним. Они напали на филистимлян и в первой атаке убили около двадцати человек филистимлян на поле размером в половину акра. Ионафан шёл впереди и сражался с нападавшими, а оруженосец шёл позади него и добивал раненых. Тогда филистимские воины, находившиеся на поле, все воины в лагере, и те, кто засел в укреплении, пришли в ужас. Даже самые храбрые из них трепетали от страха. Вся земля дрогнула, и великий ужас охватил филистимских воинов! Стражники Саула в Гиве Вениаминовой увидели, что филистимские воины разбегаются в разные стороны. И сказал Саул своему народу: «Проверьте людей. Я хочу знать, кто из наших воинов вышел из стана». Они проверили, и оказалось, что нет Ионафана и его оруженосца. Тогда Саул велел Ахии принести ковчег Божий, который был в то время с израильтянами. Саул говорил со священником Ахией, ожидая совета от Бога, а смятение в лагере филистимлян тем временем всё усиливалось. Тогда Саул сказал священнику: «Достаточно! Опусти свою руку и прекрати молитву!» Саул поднял народ и пошёл к месту сражения. Филистимские воины были в великом смятении и обратили мечи свои друг против друга! Тогда иудеи, которые служили филистимлянам и находились в их лагере, присоединились к израильтянам, сражавшимся вместе с Саулом и Ионафаном. И все израильтяне, которые прятались в горе Ефрема, услышав, что филистимляне бегут, тоже присоединились к сражающимся и стали преследовать филистимлян. В тот день Господь спас израильтян. Битва продолжалась до границ Беф-Авена. Вся армия, в которой насчитывалось около десяти тысяч человек, сражалась на стороне Саула. Сражение шло в каждом городе горной страны Ефрема.

И тогда Ионафан, сын Саула, сказал своему слуге-оруженосцу: «Давай переберемся на ту сторону ущелья, к филистимской страже». Но отцу своему он об этом не сказал. Саул тогда находился на окраине Гивы, под гранатовым деревом, что в Мигроне. Народу с ним было около шестисот человек, среди них — Ахия, сын Ахитува, брата того самого Ихавода, чьим отцом был Финеес, а дедом — Илий, священник в Силоме, носивший эфод. Народ не знал, куда отправился Ионафан. С обеих сторон ущелья, через которое Ионафан решил перебраться к филистимской страже, были острые скалы; одна из них называлась Боцец, а другая — Сенне. Одна скала возвышалась с северной стороны, со стороны Михмаса, другая — с южной, со стороны Гивы. Ионафан сказал слуге-оруженосцу: «Давай подберемся к дозору этих необрезанных. Может быть, Господь будет за нас, ведь Господь волен даровать победу любому отряду — и большому, и малому». «Делай, что сочтешь нужным, — ответил оруженосец, — решай, а я буду с тобой, куда бы ты ни пошел». Ионафан сказал: «Мы отправимся к ним открыто. Если они скажут: „Подождите, мы сами к вам подойдем!“ — мы будем стоять внизу и не поднимемся к ним. Но если они скажут: „Идите к нам!“ — мы тут же поднимемся, это будет знаком, что Господь предал их в наши руки». Когда они вдвоем показались филистимской страже, те стали говорить: «Вот и евреи вылезают из нор, в которых прятались!» А стоявшие на страже кричали Ионафану и его оруженосцу: «Поднимайтесь сюда, мы вам кое-что расскажем!» Ионафан приказал своему оруженосцу: «Теперь следуй за мной, Господь предал их в руки Израиля!» Ионафан взобрался на гору, цепляясь руками и ногами, а следом за ним — и оруженосец. Ионафан стал разить филистимлян, а оруженосец добивал их. В том первом бою Ионафан со своим оруженосцем убили около двадцати человек на поле размером с половину участка, какой вспахивает за день пара волов. И всё войско филистимлян пришло в смятение: испугались воины в полевом стане, дозоры и основные отряды. Земля затряслась, их охватил ужас, посланный Богом. Дозорные Саула в Гиве Вениаминовой увидели, что полчище врагов тает, разбегаясь во все стороны. Саул приказал народу, что был с ним: «Сделайте перекличку и посмотрите, кого из наших нет». Они построились и в перекличке недосчитались Ионафана с оруженосцем. Саул велел Ахие: «Принеси ковчег Божий» (в то время ковчег Божий был с израильтянами). Но пока Саул говорил со священником, смятение всё сильнее охватывало стан филистимлян. И тогда Саул, сказав священнику: «Ничего не предпринимай», созвал на битву весь народ, что был с ним. Филистимляне тем временем стали разить мечами друг друга, так велико было их смятение. Видя это, те евреи, что прежде были заодно с филистимлянами и сопровождали их в походе, перешли на сторону израильтян, что были с Саулом и Ионафаном. Услышав, что филистимляне бегут, все израильтяне, прятавшиеся по Ефремову нагорью, погнались за ними и вступили в сражение. В тот день Господь даровал Израилю победу, а сражение дошло до самого Бет-Авена.